Дорожные заметки. По зимнику из Усть-Кута в Мирный.
Два дня нам понадобилось на то, чтобы добраться до Мирного из Усть-Кута по зимнику.
Очень удачно как раз накануне зимник открыли, и по нему прошли первые машины.
Знаете, почему так радостно танцует Гера?
Да. Именно поэтому. Потому что эти два дня были каким-то незабываемым трешем, обильно скрашенным морозами в районе -50.
Мы очень удачно попали именно в те дни, когда здесь случилось резкое похолодание.
Но дело даже не в морозе.
Два дня почти без сна и еды. Два дня, когда страшненькая комнатка с продавленными кроватями и ржавой печкой кажется филиалом рая на земле.
Два дня какой-то другой жизни, из которой хочется выйти вот прямо сейчас немедленно, но выход далеко-далеко, за сотни километров бесконечной снежной дороги.
Зато потом после горячего душа и ужина, сидя в кровати вспоминаешь этот треш, как интересный опыт, который потом ещё долго мы будем вспоминать, но уже не с ужасом, а со смехом и благодарностью, что этот опыт был.
Кто-то скажет: "Идиоты московские, мы этой жизнью каждый день живём и ничего".
А для нас это экзотика. Вот такая странная у нас тяга к экзотике с привкусом мазохизма.
1.
Радует, что на этом треш закончился. Но при мысли, что в феврале это надо будет повторить, хочется притвориться, что я это не я и мне не надо никуда ехать.
И приходит на ум: февраль. Достать чернил и плакать! Писать о феврале навзрыд.
А ещё одна очень ловкая девочка зачем-то уронила свой телефон на дорогу и оставила его там лежать. А один очень ловкий водитель проехал по этому телефону шипами.
И теперь я думаю, что новый телефон - хороший подарок на Новый год.
Дедушка Мороз, я весь год хорошо себя вела и чистила зубы.
Под катом - несколько дорожных телефонофоточек, включая фотографию танцующего Геры.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
13.
Очень удачно как раз накануне зимник открыли, и по нему прошли первые машины.
Знаете, почему так радостно танцует Гера?
Да. Именно поэтому. Потому что эти два дня были каким-то незабываемым трешем, обильно скрашенным морозами в районе -50.
Мы очень удачно попали именно в те дни, когда здесь случилось резкое похолодание.
Но дело даже не в морозе.
Два дня почти без сна и еды. Два дня, когда страшненькая комнатка с продавленными кроватями и ржавой печкой кажется филиалом рая на земле.
Два дня какой-то другой жизни, из которой хочется выйти вот прямо сейчас немедленно, но выход далеко-далеко, за сотни километров бесконечной снежной дороги.
Зато потом после горячего душа и ужина, сидя в кровати вспоминаешь этот треш, как интересный опыт, который потом ещё долго мы будем вспоминать, но уже не с ужасом, а со смехом и благодарностью, что этот опыт был.
Кто-то скажет: "Идиоты московские, мы этой жизнью каждый день живём и ничего".
А для нас это экзотика. Вот такая странная у нас тяга к экзотике с привкусом мазохизма.
1.
Радует, что на этом треш закончился. Но при мысли, что в феврале это надо будет повторить, хочется притвориться, что я это не я и мне не надо никуда ехать.
И приходит на ум: февраль. Достать чернил и плакать! Писать о феврале навзрыд.
А ещё одна очень ловкая девочка зачем-то уронила свой телефон на дорогу и оставила его там лежать. А один очень ловкий водитель проехал по этому телефону шипами.
И теперь я думаю, что новый телефон - хороший подарок на Новый год.
Дедушка Мороз, я весь год хорошо себя вела и чистила зубы.
Под катом - несколько дорожных телефонофоточек, включая фотографию танцующего Геры.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
13.