?

Log in

No account? Create an account

Жизнь как приключение

Previous Entry Share Next Entry
Безенгийские похождения. Часть 2.
olly_ru

Миссес-тау (4427м), 4Б.

 Хотя первое восхождение показало, что мы не только разгильдяи, мы еще и во многом неуверенные разгильдяи, от своего плана мы не отступили.

Единственное, что вызывало сомнения – идти на гору с Курсантских ночевок или в день отдыха подняться по леднику на снежное плато, сэкономив тем самым час.

С утра шел дождь. Как это привычно. Поэтому мы ели, спали и все переносили час выхода на ночевки на более позднее время. Впрочем, мы уже вообще стали сомневаться, стоит ли идти на плато в такую погоду.


если присмотреться, то можно увидеть в верхней трети ледовой стены две точки - это мы.

 

На курсантских ночевках за эти дни народу прибавилось. И вот я, сидя в палатке, наблюдала, как, несмотря на дождь, два парня надевают все железо и собирают вещи. При этом завтра они всего лишь собирались идти на Курсантов. Правда, потом у них в планах тоже Миссес была, но на мой взгляд, это вовсе не было поводом, чтобы переносить лагерь под дождем.

-Вы что действительно хотите идти ночевать на плато? – спросила я

- Мы не хотим – надо.

Я начала было советовать, что им делать, но они ушли. Знала бы я кому я давала советы. Ребята оказались братьями Балицкими – фамилия достаточно известная в мире горного туризма. Два года назад один из них прошел здесь поход, который включал в себя прохождение двух 5А (со всем барахлом, которое тащат туристы), в том числе и 5А на Уллауз. Его описание прохождения маршрута оказалось самым классным из всего того, что я нашла в сети.

Потом ребята даже фотографировали нас, как мы идем по ледовой стене на Миссес-тау, пока они шли на Курсантов. Красивые такие точечки получились.

Ну а мы так и сидели. При этом часам к пяти развлечений уже никаких не осталось - ни есть, ни спать мы больше не могли.

Вечерело. К связи пришел Женя и сказал, что Саратов не разрешил ему идти с нами. Мы попытались по связи договориться. Но Саратов был непреклонен – выпустились вдвоем, вот вдвоем и идите. Лена тоже сказала, что Женю она не знает и выпустить не может.

Первый порыв – да ну их всех, пойдем втроем. Потом посидели, подумали. Оценили ситуацию со всех возможных сторон и поняли, что просто подставляем Лену. Ну и вообще… Нехорошо. С другой стороны – Жене уже пообещали. Со всех сторон плохо. Вопрос только – с какой хуже? В итоге всех этих разговоров Андрюха отправился к Жене объяснять, почему мы пойдем вдвоем.

Настроение неважнецкое. От грусти и печали решили мы все-таки перебросить лагерь на плато. Собрались как никогда быстро. Помня переход на ночевки и тяжесть рюкзаков, считали каждый карабин – брать - не брать. Одежда, продукты – все по-минимуму. В результате оставили на ночевках несколько мешков барахла и потопали, чтобы до темноты успеть палатку поставить.

 На этот раз по леднику шли с веревкой. Даже буры крутили. Через час вышли к месту ночевки. Место условное – камень большой, под ним место для одной палатки. Место естественно уже заняли ребята, которые днем ушли. Пришлось нам прям рядом площадку топтать. Андрюха еще что-то у ребят спрашивать пытался, а я шикала на него, потому что ребята в отличие от нас – разгильдяев – пришли заранее и уже спать легли, утром же на восхождение.

Время девять часов. Нам тоже о сне подумать надо. В три вставать по-хорошему. Поэтому палатку поставили, вещи покидали, чай попили. А есть не стали, решили, что в три проснемся и поедим.

 Ночь выдалась отвратительно теплая. Стук дождя по палатке почему-то не усыплял, а наоборот наводил на разные мысли, которые шевелились в голове и мешали спать. Но в три часа мы все-таки честно открыли глаза, послушали мелодию дождика вместе, выпили чай… Спим дальше.

К пяти часам дождь стих, начало светать. Вылезли на улицу. До боли знакомый пейзаж – все в облаках. И лишь над вершиной Миссес кусок чистого неба.

- Заманивает… - задумчиво произнесла я.

Еще пол часа колебаний, и мы неторопливо начинаем собираться на восхождение. А куда спешить? Маршрут на Миссес-тау делится на две части. Первая – где-то семь веревок льда (или снега, как повезет). Потом выход на плечо. Там установка лагеря. Если есть время дальше – три веревки скал – можно идти в тот же день, спуститься на плечо, переночевать и с утра спускаться вниз. Можно переночевав на плече, с утра сходить скалы и уже потом дюльферять до «земли».

Ранний выход, ну вот как мы планировали, часа в четыре нужен, чтобы успеть все сходить за один день и чтобы ледово-снежную часть пробежать пока все ночным морозцем прихвачено. Ага. Где он этот мороз? За ночь благодаря дождику и облакам все вокруг вообще в мокрую кашу превратилось. Другое дело, насколько вообще оправдано в таких условиях восхождение. Но для нас кусок неба над вершиной в тот момент оправдывал все.

Собрались, связались. Попрощались с ребятами, которые на Курсантов пошли. Они обещали приглядывать за нами и фотографировать наши подвиги. Дальше – час нудной тропежки по некрутому склону на перемычку между Миссес и Брно. Идем. Я потихоньку просыпаюсь, Андрюха старательно тропит, иногда неслабо проваливаясь.

Ледовая стена показалась излишне вертикальной что ли. Понятно, что с непривычки и спросонья, но лезть первой особо не хотелось. Я уже план в голове нарисовала, как я сейчас второй пролезу, разомнусь, а потом можно и первой выходить. Но Андрюха неожиданно заявил, что он устал тропить и ему надо отдохнуть. Поэтому первой пойду я. И навесил на меня кучу тяжелых железок.

Первая веревка лезлась особенно мучительно. Наконец к моему счастью она закончилась. Но пошедший на станцию Андрюха опять сказал, что он еще не отдохнул. Ну и ладно. В конце концов ему все скалы лезть.


еще немного точечек на ледовой стене...

Дальше мы пролезли по очереди еще по веревке, и тут халява кончилась. Начался снег. По пояс проваливаешься. Страховку естественно не на чем делать. Андрюха, взявший на себя нелегкую функцию тропежника, на станции просто закопался в снег чуть ли не по уши. А главное все так неприятно. Солнышко (впервые за много дней вылезло, нашло время) припекает, все кислое, мокрое. Того и гляди, толи из под ног поползет вниз, толи сверху что-нибудь приедет. Главное, когда мы про маршрут спрашивали, нам все говорили – да даже не думайте куда идти, там столько следов натоптано, не промахнетесь. За два дня непогоды на склоне не осталось ни одного следа.

На радиосвязи Саратов посоветовал бергшрунд обходить слева. Доходим почти до берга и давай гадать – ну, не хочется влево вообще. А главное до конца не понятно, где же именно этот берг. Но с этим долго мучиться не пришлось. Махнув тяпкой в очередной раз, я увидела перед собой пустоту. От ужаса я даже умудрилась дорыться до льда и бур закрутить. Обошла берг все-таки справа, еще немного поковырялась в снегу и вызвала Андрюху для очередного совещания, как же на плечо выползать. Собственно через пол веревки он туда вылез. И мы смогли спокойно вздохнуть. По крайней мере, лавины нам больше не грозят. По времени посмотрели, мы по снегу в два раза дольше, чем по льду ползали. Четыре веревки льда за два часа и четыре веревки снега – часа три.


палатка на меремычке. Впереди скальная часть маршрута.

Впереди пол дня. Как раз радиосвязь в час дня. Сказали, что вышли на плечо, ставим лагерь и потом сходим, скалы посмотрим, может, одну веревку провесим.

- Что там смотреть! Там лезть нечего, там все пешком идется, у вас еще полно времени, чего сидеть-то, - застыдил нас Саратов. Ничего что по описанию там итошное лазание, что нам рассказывали, как там по шесть часов лазают, а то и по девять, если промахнуться. Слова Саратова о том, что все идется пешком, сделали свое дело…

Пешком, три веревки – да за пару часов сбегаем… Не торопясь поставили палатку, перебрали снарягу. Почаевничали. И в три часа снова отправились на подвиги.

Только до скал мы шли около часа. В кулуаре было противно и мокроснежно. Хотелось страховаться, но я мучительно боролась с этим желанием.

Скалы выглядели солидно… Последняя мысль – а может все-таки одну веревку сегодня провесить… Четыре часа уже. Но тут же все пешком… Интересно, давно Саратов пешком по вертикальным стенкам ходил? Андрюха полный решимости дойти сегодня до вершины уполз наверх. А я, глядя как он это лезет без вещей, сидела и думала, как я здесь с рюкзаком полным всякого разного полезу.

Напарник достался – глухой как валенок. Я весь голос сорвала, пытаясь докричаться до него. Поэтому в дальнейшем так как голоса вообще не осталось решили, что веревку он будет закреплять, а я буду жумарить. Уже на третей веревке я выбивалась из сил и жалела, что жумар у нас только один. А на четвертой веревке мы все-таки заподозрили что-то неладное… Вершина была не совсем там, куда мы могли попасть, продолжай мы упрямо ломиться вверх.

 А ведь еще после второй веревки видели мы полочку со шлямбуром, уходящую вбок. Но Андрюху тянуло на стены и не верилось, что все так просто. Пришлось дюльферять до этой полки. Два часа коту под хвост.  Время восьмой час, но мы же к вершине идем, нас ничто не остановит.

Еще одна веревка – Андрюха бодро лезет, разлазился видать. Чего не скажешь обо мне. С лазаньем вообще никак не сложилось. А жумаринг… Вобщем к этой пятой веревке я пришла уже совсем без сил. Рюкзак назад тянет, руки забились. Ругаюсь тихо и безнадежно…

На гребень вылезли в восемь.  Самое большое желание – отправить Андрюху одного по гребню на вершину. Но там без страховки никак. Делать нечего – пошли. Наконец, ура-ура, вершина! Радости никакой, одно желание – свалить побыстрее.

Время девять. Я отдюльферяв одну веревку, бодро сообщаю на базу, что мы все-таки достигли вершины и ломимся вниз. Получаю нагоняй за то, что на пять минут опоздала на связь. Поэтому к следующей связи дюльферяю еще стремительней. Темнота подкралась окончательно и бесповоротно. Даже чистое звездное небо не спасает. А вместе с темнотой подкрался холод. Вот она первая морозная ночь за все наше пребывание в Безенгах. Очень морозная.

Добредаю до своих кошек и инструментов, оставленных перед скалами (Андрюхины-то по его просьбе я все это время в рюкзаке протаскала – думали, вдруг пригодятся). Еле выковыриваю их из смерзшегося снега. Вниз уходит симпатичная такая вертикальная стенка и дюльферная петля. По нашим прикидкам как раз до тропы к палатке. Об этом я бодро сообщаю по связи, и нам желают удачи и дают отбой до утра. Просят только в семь утра выйти обязательно на связь.

Не зря народная мудрость гласит: «Не говори гоп, пока не перепрыгнешь». И кой черт дернул меня за язык сказать, что нам меньше часа осталось до палатки.

Андрюха светит своей фарой вниз – вертикальная стенка.

- Но если есть петля и стенка, значит все будет хорошо – решаю я и уезжаю вниз.

Где-то на середине веревки, проехав пару карнизов, я задумалась : «А так ли уж верна моя теория про петлю и стенку?» Потому что на сколько хватало света Тики (а это очень немного – обязательно заведу себе хороший фонарь), во все стороны шла гладкая стена. Иногда она прерывалась карнизом. Но там ни то что петлю повесить – крюк некуда забить. А веревка уже кончается. Поделилась сомнениями с Андрюхой. Но он как-то невнятно предложил посмотреть по сторонам (ага, еще бы видеть чего), потом предложил все-таки спуститься до конца. Но к концу веревки ничего не изменилось. Только еще один карниз прибавился. И тут я поняла – мне ж это все обратно жумарить надо будет. Конечно у меня уже нет в рюкзаке второй веревки и кое-какого железа, но и сил уже тоже нет. Просто буквально. Описывать, что я пережила можно практически так же долго как я жумарила. А жумарила я очень долго. Даже не помогло то, что Андрюха подключился к процессу и пытался помогать мне второй веревкой.  Особенно весело было на карнизах. «Дурацкая веревка» было самым мягким выражением, которое я употребляла между прерывистыми вдохами и выдохами. Единственное что я сказала, когда наконец добралась до станции:

- Я больше никуда не пойду первой!!!!

Дальше дорогу искал Андрюха. Взяв сильно влево он вышел к еще одной дюльферной петле.

Пока я жумарила, я потеряла последние силы зато согрелась. Просто вспотела. И вот теперь, сидя на станции и страхуя напарника, я стала тихо замерзать. Руками не помашешь – в руках веревка. Да и махать сил нет. Сижу - меня трясти начинает от холода. Дрожь бьет, аж веревка в руках ходит. Да еще и в сон клонить начало. Время – первый час ночи. Мы уже почти сутки не спим, а все куда-то лезем, лезем…

Но еще один дюльфер и вот она – земля! Час ночи, а мы уже у палаток. Прогулялись называется. Первый час топим воду и пьем. Пить хочется безумно. Через час начали чай зажевывать шоколадками. А в три часа наконец-то дошли до дошираков. Самое время ужинать. Мало того, что сутки не спали, так еще больше суток ничего  не ели. Спортсмены, блин.

Сон был крепким, но очень уж недолгим. В семь утра надо выходить на связь. А в восемь утра к нам пожаловали гости. Балицкие по нашим следам за три часа забежали на плечо. Очень хвалили следы – давно, говорят, таких хороших ступеней не видели. То есть там где мы вчера четыре часа по пояс в мокром снегу плавали они после морозной ночи просто как по лесенке зашли. Пожелали им удачи, завистливо посмотрев как они удаляются дальше по нашим следам.

А нам предстояло несколько дюльферов до ледника. По дороге Андрюха нашел почти новую веревку и благородно решил дотащить ее до лагеря, вдруг хозяин найдется. Веревка была заклинена узлом в трещине, видимо хозяева веревки сдергивая ее забыли развязать его.

На леднике нас ждал Женя. Немного подискутировали на тему вешать перила или нет на льду.  Но тут нам повезло. На льду какая-то группа добрых товарищей проводила занятие. Группа была большая, поэтому веревки у них висели до самого низа. Вобщем разрешили они нам спускаться по их веревкам, что Андрюха и сделал, пока я рядом так спускалась, чтобы не злоупотреблять добротой.

 И снова дождь. Все кругом мокрое, противное. Поэтому мы вместо того, чтобы быстро валить вниз, в лагерь забрались в палатку и стали завтракать, обедать, ужинать – короче говоря, есть за все упущенное время.

К вечеру, углядев небольшой просвет, решили все-таки собираться. Как же не хотелось снова тащить тяжелый рюкзак, идти по этой тропе. Но вниз не вверх, а в лагере – цивилизация. Душ почти горячий…

Мокрая, тяжелая, волшебным образом обретенная веревка досталась мне. Андрюха решил во что бы то ни стало доставить ее в лагерь и найти законного владельца. Благородно, но тяжело. Я стояла и неодобрительно смотрела на этот зеленый предмет нарушавший эстетику моего рюкзака. А рядом стоял молодой человек, который только пришел из лагеря.

- Это ваша веревка?

- Нет, - и тут слабая блеснула слабая надежда – А что, ваша?

Так чудесным образом нашелся хозяин веревки, и мне не пришлось ее никуда тащить.

Как не было мне лениво, но откладывать выход дальше не имело смысла. Надо было валить из этого гостеприимного местечка. До темноты два часа. Если очень напрячься, то можно успеть добежать до лагеря.

Я старалась изо всех сил. Их было немного, да еще болело горло после всех вчерашних криков и похождений, и начался кашель. Но я очень старалась успеть до темноты дойти хотя бы до первого футбольного поля. После него уже до лагеря шла большая тропа, потерять которую невозможно даже в темноте.

Ага, я всегда была уверена, что до конца не знаю своих возможностей. Так получилось и в этот раз. Благополучно миновав футбольное поле в сгущающихся сумерках, прошла немного по тропе уже в полной темноте. И поняла, что тропа куда-то делась. Посветила фонариком туда-сюда – одни камни, никакого намека на тропу. Делать нечего, пришлось идти наугад, придерживаясь общего направления. Рядом шумела река. В какой-то момент я оказалась на самом берегу. Потом в каком-то болоте. Лагерь призывно манил огоньками. В какой-то момент мне показалось, что со стороны лагеря кто-то идет с фонариком. Я села подождать, думая, что это Андрюха вышел мне на встречу. Но потом поняла, что это показалось, и пошла дальше. Все метания в поисках тропы, потом просто в поисках оптимального пути отнимали массу сил и времени. То, что могло занять пол часа при свете, в темноте выливалось уже в два часа блужданий. Время близилось к полночи, когда я наконец вышла на какие-то заграждения из проволоки. А чуть позже набрела на огромного человека в плащ палатке. На мое счастье он встречал наших знакомых Балицких, думая, что они придут сегодня, и увидев мой фонарик, решил, что это ребята заблудились и вышел на встречу. Я ему рассказала новости о его друзьях, и мы пошли в лагерь.

 На крыльце отдыхал Андрюха. На его многострадальную голову я и обрушила все, что накопилось за часы блужданий. Женя предпочел тихо смыться от скандала. Мой спаситель поставил котелок с супом и тоже скрылся. А я выплеснув кучу эмоций, обиженная на весь мир с мыслями «чтоб я с этим, еще куда – да больше никогда….» завалилась спать.


promo olly_ru march 1, 2015 15:15 143
Buy for 50 tokens
Нет. Говоря по существу - это вовсе и не моя книжка. Хотя мое имя значится на ней в качестве автора. Это книжка обо мне, о моем проекте "7 Вулканов" за год, написанная коллективом авторов и прочих специалистов на основе моих фотографий и записей в ЖЖ. Если бы я сама делала эту книгу, она была…